merelana (merelana) wrote,
merelana
merelana

Categories:

Вдоль да по речке (часть 2)

Вторая часть статьи про Коваши. Будет еще про реки, из которых она образуется - во всяком случае, наиболее распространенная гидрографическая трактовка именно такая. Хотя я как-то спросила в Петровском, что у них за река - так первый встречный ответил, что Коваш, а не Черная, как в справочнике. То есть имеется и такая трактовка.

Меня просили фото выложить. Я не забыла, даже подобрала. Надеюсь, завтра обобщенный репортаж сделаю - ну, или после публикаций о Черной и Лопухинке. Там достаточно интересно - в смысле трактовок.

После публикации первой части с глубоким изумлением обнаружила, что, оказывается, не на все, изучавшие источниковедение, усвоили основные принципы этой науки. В одной из групп появился коммент, который какой-то добрый человек удалил, а я бы не стала. :)))) Я там допустила некоторый ляп - чисто от большого объема писанины. Тут-то поправила, на сайте тоже, а в газете - нет.

Но я это к чему? К тому, что не все, называющие себя историками, отличают источник от его интерпретации. Так вот. Статья в общедоступной газете - это источник. Любая статья, даже если она опирается на какие-то архивные данные, мемуары и т.п., то есть автор использовал другие источники. В этом случае не всегда требуется точное указание, откуда что берется.

Статья в специализированном издании может быть как источником, так и интерпретацией. В первом случае всегда дается точная инфа, что это такое - например, взяли из такого-то архива, папка сякая, номер такой. Мемуары Васи Пупкина, изданы тогда-то в таком-то издательстве, страница 666. Или из газеты такой - номер, дата подпись. Интерпретация - когда на основании источника или нескольких (или даже многих) проводится исследование.

Что же за всем этим следует? Следует жить - и понимать, что к чему. То есть некий историк или просто любознательный читатель, к которому попала или попадет эта статья и он дочитает ее до конца, сделает следующее. Он сверит данные с другими источниками - это подтверждается, это тоже, а вот это - нет. И задаст себе вопрос, почему в архиве, мемуарах и другой газете, а также в другом номере этой же газеты - одно, а в данной статье - другое. Возможно, у автора появились новые сведения? Такое бывает, но в данном случае - нет. Дальше он перелистает газету от корки до корки, увидит еще три большие статьи, подписанные этим автором, а также несколько мелких, подписанных псевдонимами, про которые он точно знает, что принадлежат этому же автору - и сделает единственный возможный вывод. Что автор ошибся, потому что у него от большого объема информации шарик зашел за ролик. Собственно, это все, что надо знать об источниковедении. Два пункта. 1. Понять, что перед тобой - источник или интерпретация.2. Если источник - почему он именно такой. Про интерпретацию, если хотите, потом расскажу, там тоже несколько пунктов.



старый мост
Вдоль да по речке
Сейчас Заречье – стремительно развивающийся городской микрорайон. Тут тебе и многоэтажки, и сетевые магазины, и благоустроенные площадки появляются. И старые названия улиц зазвучали совершенно по-новому. Пионерская да Советская – старые улицы, существовавшие задолго до того, как появилась идея построить атомную электростанцию. Старых домов осталось очень мало. А вот старый стадион остался, постепенно меняет свой вид и активно используется.

На Солдатском поле
На строительстве Соснового Бора и его промышленных предприятий работало очень много военных строителей – несколько полков. Численность военнослужащих-срочников составляла когда десять, а порой и шестнадцать тысяч человек. При том, что жителей в поселке и даже в городе в 70-е годы было куда меньше, чем сейчас. Да и с инфраструктурой дело обстояло неважно – она только создавалась.
Для спортивных занятий использовалось любое подходящее место. Одним из таких мест и был «солдатский стадион» за рекой. Рядом находилось несколько воинских частей – в основном строители, конечно, но соревнования на Солдатском поле проводили и пограничники. Этот стадион был даже немного оборудован – одно время там стояли гимнастические снаряды, лестницы и прочие препятствия. Почти все делали сами солдаты. Среди военных строителей умельцев хватало, как и любителей спорта.
Это место пользовалось определенной популярностью и у гражданских. Например, там несколько раз проводились соревнования санитарных дружин и санитарных постов – этой сосновоборской традиции уже почти полвека, и она не прерывалась даже в 90-е. Правда, место менялось, и в последние годы такие соревнования проводятся преимущественно на городском стадионе на Глуховке.
Военно-строительные части то упраздняли, то воссоздавали снова. О той роли, которую сыграли военные строители в истории Соснового Бора, напоминают несколько вещей – вот этот самый Солдатский стадион в Заречье (кстати, почему бы его не назвать так официально?), Солдатский пляж по дороге от городского пляжа на ЛАЭС и скромная мемориальная доска на одном из домов на Комсомольской, в том квартале, где когда-то были казармы.
Неподалеку от стадиона – технический мост. Перебираться по нему не рекомендуется, хотя иногда отчаянные головы пытаются это делать. Иногда подобные подвиги очень плохо кончаются.

Самое мрачное место
Коваши – красивая река. Причем в любое время года. Только и на ней есть очень мрачное место – именно там, где находится городское кладбище. Точнее, даже два кладбища по обеим берегам.
На правом берегу – старое, здесь хоронили жителей деревни Калище и окрестностей задолго до того, как появился Сосновый Бор. Есть очень примечательные могилы – например, здесь похоронен Альберт Брандт, работник стекольного завода в Калище, секретарь комсомольской ячейки. Он был расстрелян белогвардейцами в мае 1919 года, а памятник ему поставили в 1987 году по проекту Юрия Тимофеевича Савченко. Тогда ж обсуждалась идея назвать именем Альберта Брандта одну из улиц города, но потом наступили 90-е годы, комсомольские организации исчезли с предприятий и учебных заведений, и имя лидера калищенской молодежи на карте города так и не появилось.
Однако, если прогуляться по старому кладбищу, хотя оно и выглядит очень неухоженным, можно узнать многое об истории города. На памятниках – фамилии многих первостроителей, руководителей предприятий – словом, тех, кто сыграл значительную роль в жизни Соснового Бора.
А что же на другой стороне? А там – некоторое количество могил 80-х годов. В какой-то момент Сосновый Бор сильно вырос, население его начало постепенно стареть – ну и тесно стало на старом кладбище. Пришлось искать новые места. Но расширить некрополь на другой берег было плохой идеей, поэтому продолжать не стали.
Кстати, в этом месте был еще один мост через реку. Остатки его видны и по сей день, если внимательно присмотреться. А когда-то им очень активно пользовались, хотя был он самодельным, очень шатким и неудобным. Кто и когда его строил, неизвестно. Скорее всего, сами жители. Но скоро от него и следа не останется – а на нет и суда нет.

Мосты и пороги
Почти сразу за кладбищем начинаются мосты – «новый» автомобильный, железнодорожный, «старый» автомобильный». Вообще-то называть новым мостом тот, что существует уже несколько десятилетий, как-то странно. Но так уж получилось, что других названий у этих мостов нет, а пора бы дать. «Новый» мост уже в этом столетии реконструировали – для того, чтоб можно было возить с пирса на строящуюся ЛАЭС особо тяжелые грузы.
Надо сказать, строительство мостов существенно повлияло на состояние реки.
Когда-то на лодках по Ковашу можно было пройти от слияния наших местных «рио негро» и «рио бланко» (о них речь пойдет дальше). Сейчас – увы. На моторках ходят только в нижнем течении. И даже легкие лодочки и байдарки исчезли. А ведь в Сосновом Бору даже соревнования проводились.
Но все изменилось со строительством большого автомобильного моста. Если под железнодорожным лодочка еще пойдет, то под этим – никак. И река обмелела, и конструкция такова, что лодку приходится переносить по берегу.
Еще в 70-е годы между мостами проводились соревнования – очень уж водникам нравились здешние пороги. Не столь значительные, как на Вуоксе, но все же. Но на такие мелочи в те годы мало кто смотрел.
Железнодорожный мост построили, естественно, когда по этой ветке прокладывали железную дорогу. Поначалу от Лебяжьего она шла по другому пути. Еще в начале 70-х здесь ходил тепловоз – дорога была электрифицирована только до Ораниенбаума. А первая электричка пришла на станцию Калище в 1974 году. И платформа «80 км» стала чрезвычайно популярной. Сейчас она выглядит несколько заброшенной – зал ожидания, в первые годы существования города весьма ухоженный, заброшен. В 90-е в нем расположился магазин, но существовал недолго. Потом помещение пытались освоить другие предприниматели, но ничего хорошего из этого так и не вышло. Сейчас, когда железнодорожный транспорт снова становится популярным, платформы и вокзалы возрождаются. Может быть, и на 80 км появится что-нибудь интересное? Проекты такие были – построить там вокзал, например. Но пока до дела не долшло.

Огороды, огороды, а я маленький такой
Железная дорога – своего рода граница между двумя мирами. Это сейчас Пограничная – популярный район, куда переселяются те, кто желает жить за городом и может себе это позволить. Там уже есть и местное самоуправление, и даже общественную территорию благоустраивают по новым правилам. А еще совсем недавно это было место ссылки неплательщиков и обитель граждан без определенного места жительства. А еще раньше здесь жили семьи пограничников, за что улица и получила свое название. В этой же части города в Коваш впадает знаменитый ручей, вытекающий из Калищенского озера – его очень хорошо видно из электрички. Ручей проехали – хватай вещи и беги в тамбур.
По другую сторону – тоже добротные дома и дачные участки. Кстати, именно здесь, на левом берегу, появились первые сосновоборские дачи. Поначалу это был не то, чтобы совсем уж самозахват, но где-то близко. Еще в 70-е годы прошлого столетия любители клубники, выращенной своими руками, как-то договорились с местными жителями и городскими властями, и им разрешили вспахать кому четыре, а кому даже и шесть соток. Строить ничего не разрешали. Поэтому вид открывался изумительный – строительные вагончики, просто халупы, построенные методом, который у интеллигентных сосновоборских остряков получил название дендрально-фекального... В начале нынешнего тысячелетия участки решили узаконить, это дало возможность строить новые дома, так что теперь там есть настоящие архитектурные шедевры. Да и какая-никакая инфраструктура появилась.

Мыза Ковашская
Вообще дачные кооперативы тянутся на многие километры, чередуясь с еще сохранившимися кое-где лесами и довольно опасными болотами. Вплоть до Ковашей – сплошные садоводства. Сосновоборские, ломоносовские, петербургские – не такие крупные массивы, как под Лугой, но все же. Что касается болот, то они здесь клюквенные. Когда-то все местные жители хорошо знали правила поведения на болотах, поэтому весенний и осенний сбор клюквы проходил без эксцессов. Сейчас, увы, печальные происшествия – не редкость. Так что стоит ли горожанину лезть в Сюрьевское болото?
Может, лучше побродить по прудам в деревне Коваши? Красивые пруды. И рыбы там много. И всегда было много. Бывшие владельцы – князья Долгорукие и бароны Дризены – не зря старались. Любое имение было прежде всего хозяйством. Самым же известным владельцем был М.В. Ломоносов.
Впрочем, от имения в современных Ковашах, которые на самом деле являют собой несколько примыкающих друг к другу деревень, мало что осталось. А вот от более древних времен – очень даже. Совсем недавно, когда решили воссоздать старинную церковь, нашли артефакты, свидетельствующие о том, что здесь располагалась неолитическая стоянка. Исследования пока продолжаются.

Ломоносова
Следуя за изгибами реки, мы плывем вверх по течению – среди лесов. И попадаем на место, где, собственно, река Коваши и начинается. Сливаются два потока – темны и светлый. Здесь и находится усадьба Усть-Рудица, принадлежавшая великому русскому ученому Михаилу Васильевичу Ломоносову. Ее даровала ему императрица Екатерина Вторая. Была тут и деревенька – еще после войны даже была. Но исчезла, как и многие другие деревни в наших краях. Да и не только в наших.
Именно здесь делал Ломоносов свои уникальные мозаики. Он экспериментировал с составами стекла и красителей. И некоторые секреты так и унес с собой в могилу. Химики до сих пор пытаются их разгадать. Археологи основательно исследовали это место еще в прошлом веке. Однако путешественники, которых вольно или невольно заносит в эти места, до сих пор находят артефакты – для профессиональных музеев эти предметы (чаще же фрагменты) ценности чаще всего не представляют, а вот для частных коллекций вполне подходят.
Неподалеку есть еще один памятник – советским воинам, погибшим в этих местах в годы Великой Отечественной войны. А вот памятника еще одному великому воину – генералу Раевскому – здесь нет. Хотя в Усть-Рудице он бывал, потому что это поместье досталось по наследству его жене, внучке великого ученого. Есть данные, что сюда и Пушкин приезжал. Может быть, когда-нибудь поместье, связанное с именами нескольких великих людей, станет частью популярного туристского маршрута. Пока что оно заброшено, и добираются сюда лишь энтузиасты.
Вот на этом самом месте и начинается река Коваши. Здесь мы и закончим наш рассказ – точнее, ненадолго прервемся, чтобы позднее отправиться по двум рекам, которые сливаются именно здесь, где располагалась знаменитая некогда усадьба.
Ирина ПОЛЯКОВА
Tags: Сосновый Бор, краеведение, ссылки, статьи
Subscribe

  • Вот чего нашли

    Бородино, 1992 год. И сейчас мы уже знаем продолжение романа, а в некоторых случаях - и окончание... Жизнь все-таки куда круче самых интересных книг.…

  • В Александрии

    Шуршать там, конечно, уже почти что нечем. Но вот. Объясняю последнюю фразу поста - дело в том, что этим летом мы с Гошкой были в Петергофе, как…

  • Картины на городских улицах

    "Горгону! нежно люблю. Молодцы ребята, и город наш стал ярче и интереснее, когда они взялись за дело. Космически-военная тематика - окраина…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment