merelana (merelana) wrote,
merelana
merelana

Продолжение мемуаров А.Н. Холина

Предыдущие записи по теме
http://merelana.livejournal.com/1094553.html
http://merelana.livejournal.com/1093566.html


1.
Мой отец, Холин Николай Родионович, родился в 1901 в поселке Перевоз Орловской губернии в семье Холина Родиона. Отчества своего деда я не знаю. Он был владельцем небольшой мастерской, где делали деревянные колеса для крестьянских телег, пролеток и карет – и других движущихся устройств. Артель изготавливала даже колеса для артиллерийских орудий, что приносило хороший доход этой артели.
В семье было пятеро детей, мой отец – предпоследним по возрасту. Самый младший, его брат Степан, был моложе отца на три или четыре года. Вся семья погибла после революции и в гражданскую войну. Мой отец и его брат Степан до революции учились в гимназии, но революция прервала их учебу. Не имея законченного среднего образования, дядя Степан как-то исхитрился и к своим тридцати годам закончил даже Промакадемию и какие-то курсы, позволившие ему занять в его жизни довольно высокое положение в среде руководства.
В 1918 году мой отец Николай Холин работал в своей артели, когда в поселок Перевоз пришел кавалерийский отряд. Пришедшие красноармейцы собрали в армию всех молодых ребят, от 16 лет и старше, и объявили, что забирают их для защиты от германской опасности.
Армией, в которую их определили, командовал Григорьев. Из новобранцев сформировали группу конников , которой командовал бывший офицер царской армии, перешедший на сторону большевиков. Потом это подразделение оказалось в составе Первой конной армии С.М.Буденного, в бригаде, которой командовал Г.В.Котовский. Отец прослужил в армии с 1918 по 1926 год, когда ему разрешили демобилизоваться. За время службы в Красной Армии ему приходилось участвовать в освобождении Крыма, в подавлении крестьянских восстаний (борьба с Антоновщиной), в польском походе 1920 года. В этом походе их конный полк почти в полном составе попал в плен к полякам. Но этот поход быстро закончился, и всех пленных поляки отпустили, даже с оружием.
В 1924-25 годах часть армии С.М.Буденного была направлена в Среднюю Азию на борьбу с басмачеством. Отец в это время был уже командиром какого-то невысокого уровня, имел какие-то военные заслуги и даже был награжден именным оружием – наганом и шашкой, которые он хранил дома вплоть до своего ареста в 1940 году.
За многократные ранения и успешную боевую службу в рядах Конной армии советская власть в 1926 году предоставила многим командирам возможность получить жилье в Москве – с пропиской и даже мебелью, оставшейся от прежних владельцев квартир. Это были квартиры, конфискованные вместе с имуществом у репрессированных владельцев. Бывшие жильцы были отправлены на Соловки или еще куда-нибудь.
Когда в такую квартиру вселился мой отец, вместе с молодой женой – моей матерью, - квартира эта была коммунальной. Им досталась одна из пяти комнат. Кухня и вспомогательные комнаты – кладовки – были общими для всех жильцов. Этот дом №37 по Большой Ордынке сохранился до настоящего времени. Сейчас в нем находится коммерческий банк. Квартиру в самом центре Москвы, в пятнадцати минутах ходьбы от Красной площади, помог отцу получить его брат, мой дядя Степан. Он тоже успел немного послужить в армии, как-то отличиться – и был направлен на учебу чуть ли не в Промакадемию – может быть, даже и туда, я точно не -знаю. Он успешно закончил учебу и стал большим начальником в Москве, и даже выезжал «править дела» в другие города страны.
Когда мой отец еще служил в Конной Армии в Средней Азии, в городе Намангане (Узбекистан) он познакомился с комсомолкой Тоней Бурасовой, Антониной Ивановной – она была комсомолкой и вела активную борьбу с православными церковниками. Уж на что в мусульманской стране было мало православных храмов, работавших с русским населением – так и те были разрушены комсомольскими борцами с «опиумом для народа». О разрушении храмов, сжигании крестов и икон мне потом рассказывала сама мать.
Семья Бурасовых – мой дед Иван Андреевич, его жена, моя бабушка Татьяна (отчества не помню) и их дочь, моя мать – оказались в Намангане, когда их, как представителей класса эксплуататоров, выслали из Саратова. В Саратове дед имел небольшую пекарню и две хлебные лавки: одна была при пекарне, другая – в городе у вокзала. Выслали их из Саратова в 1924 –25 годах без права вернуться в Россию. А дочь их, моя мать, уже в тому времени исповедовала коммунистические идеи, которыми заразилась, обучаясь в Саратовской гимназии. Так было.
Tags: Мемуары, Сосновый Бор, мои современники
Subscribe

  • Вот чего нашли

    Бородино, 1992 год. И сейчас мы уже знаем продолжение романа, а в некоторых случаях - и окончание... Жизнь все-таки куда круче самых интересных книг.…

  • Картины на городских улицах

    "Горгону! нежно люблю. Молодцы ребята, и город наш стал ярче и интереснее, когда они взялись за дело. Космически-военная тематика - окраина…

  • Новая выставка

    Картиночки после будут в небольшом количестве - но с вернисажа, а не сами работы. В "Гармонии" - прекрасная выставка работ Игоря Праченко. Всем…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments